Monthly Archives: Апрель 2019

Азбука должника

Опубликовано: Апрель 25, 2019 в 12:27 пп

Категории: Без рубрики

Мы всегда стараемся писать просто и понятно, но есть юридические термины, без которых не обойтись, когда речь идет о защите активов. Теперь они вам не страшны. Представляем первый в мире

Русско-юридический словарь


А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ъ Ы Ь Э Ю Я




A


АУ (Арбитражный управляющий)

Наемный управленец, который к тому же прошел курсы повышения квалификации и разбирается в банкротствах на уровне профи. Каждый АУ должен состоять в саморегулируемой организации управляющих.

Управляющие контролируют должника при банкротстве. По закону они должны сделать все, чтобы удовлетворить требования кредиторов, но в жизни все сложнее.


Считаем: вступительный взнос в организацию управляющих ― 200 тыс., еще в среднем по 60 тыс. нужно платить ежегодно. Плюс АУ обязан каждый год покупать страховку на свою деятельность.


Итого: чтобы получать профит от своей работы, на практике управляющий вынужден становиться либо на сторону кредитора, либо на сторону должника. Это квалифицированный наемник на войне должников и кредиторов. Иногда случается, что АУ действует в собственных интересах.


Вы можете встретить в судебных актах такие термины, как «конкурсный управляющий» или «финансовый управляющий». На самом деле это тоже АУ. Если речь идет о банкротстве физлиц, то управляющий называется финансовым. В банкротстве юрлиц много стадий, и на каждой из них АУ называется по-своему. На этапе наблюдения привлекают временного управляющего. Финансовым оздоровлением занимается административный управляющий, внешним управлением ― внешний. Конкурсное производство ― (бинго!) конкурсный управляющий. От того, каким именно процессом занимается управляющий, зависит его заработок.


Главное, что нужно знать должнику об управляющих ― как назначить своего и не потерять его. В общих чертах, план такой:


Сами инициируете банкротство.
Обеспечиваете себе большинство в собрании кредиторов. В противном случае вашего АУ могут сместить возмущенные кредиторы. Лояльного АУ трудно найти и легко потерять. Вот здесь мы рассказываем, как это происходит.


Б


Банкротство

Согласны, это звучит страшно. Но ничего необычного в банкротствах нет: где сделки, там и долги. Еще в «Русской правде» можно найти упоминания о должниках, а это, на минуточку, XII век. Современный закон о банкротстве действует с 2002 года. Обанкротиться может как физлицо, так и юрлицо.
Юрлица Физлица
Признаки неплатежеспособности (банкротства) Отрицательная стоимость чистых активов (СЧА): долгов больше, чем собственности.
Просроченные обязательства: с момента предполагаемой выплаты прошло более трех месяцев. Сумма долга более 300 тыс. руб.
Просрочка выплаты от трех месяцев по долгу от 500 тыс. руб.
Процедура На банкротство может подать как само юрлицо, так и его кредиторы. Закон обязывает руководство компании подать заявление о банкротстве в течение месяца после того, как наступила неплатежеспособность.
После того, как суд признает компанию неплатежеспособной, начинается процедура банкротства. Назначается формально независимый управляющий.
В общем случае первый этап банкротства ― наблюдение. Управляющий изучает финансовое состояние должника. За наблюдением может последовать финансовое оздоровление, либо внешнее управление, либо конкурсное производство.
Кредитор/АУ может привлекать КДЛ к субсидиарной ответственности во время любой из указанных процедур.
Человек обязан признать себя банкротом, если он имеет долг перед кредиторами и понимает, что, даже погасив часть, не сможет выплатить оставшуюся сумму. Обратиться в суд должник обязан не позднее чем через 30 дней после наступления неплатежеспособности.
Подать заявление о признании банкротства может и должник, и кредитор. Как только суд его одобрит, назначается финансовый управляющий, который либо работает над реструктуризацией долга (договаривается с кредиторами о новых условиях выплаты долга), либо начинает процедуру реализации имущества ― то есть готовит имущество должника к продаже в пользу кредиторов.
Преднамеренное банкротство Преднамеренное банкротство (не путать с контролируемым) — это преступление. Вот его признаки:
● расчеты через счета «левых» лиц, которые не имеют отношения к компании;
● вывод средств в заведомо неликвидные активы;
● перевод средств в подставные компании;
● предоставление аффилированным компаниям займов на невыгодных кредитору условиях.
То есть преднамеренное банкротство — это искусственное доведение до банкротства нормальной финансово здоровой компании.
Сознательное совершение действий, которые привели к неспособности выплатить долги кредиторам.
Например:
● траты, не отвечающие актуальным потребностям;
● использование денежных средств для расчетов по фиктивным договорам;
● продажа имущества по заниженным ценам;
● замена текущих обязательств новыми, менее выгодными;
● получение кредитов с завышенными ставками;
● выплата непомерно больших компенсаций или штрафов.
Если ущерб превысил 1,5 млн руб., должника могут привлечь к уголовной ответственности.
Фиктивное банкротство Объявление себя банкротом в ситуации, когда признаков банкротства нет.
Если в результате фиктивного банкротства был нанесен ущерб свыше 2 млн 250 тыс. руб., то «банкрота» можно привлечь к уголовной ответственности.
То же самое. Объявление себя банкротом в ситуации, когда признаков банкротства нет.
Если в результате фиктивного банкротства был нанесен ущерб свыше 1,5 млн руб., то «банкрота» можно привлечь к уголовной ответственности.
Последствия Для юрлица последствий никаких, т. к. после банкротства оно перестает существовать.
А вот руководителей компании могут в ходе процесса привлечь к субсидиарной ответственности как физлиц. При них читайте там —>
Человек, признанный банкротом, в течение последующих пяти лет должен сообщать о своем статусе, обращаясь за кредитом.
На 3 года его лишают права занимать управленческие должности в юрлицах.



Юристы и управляющие шутят, мол, любое банкротство — это перекладывание денег из одного кармана в другой. Если на банкротство подал кредитор, то он пытается залезть в карман к должнику. Если должник сам инициировал банкротство, то его цель ― спрятать активы туда, где их не найдут, то есть в потайной карман.


К


КДЛ (контролирующее должника лицо)

Тот, кто определял деятельность должника в трехлетний период, предшествующий появлению признаков банкротства. Принципиальных моментов тут два: кто может определять деятельность компании и что такое признаки банкротства?

Вот кого суды чаще всего признают КДЛ:

● руководителя должника (гендира),
● организации, которым подчинялся должник,
● акционеров с долей более 50 %,
● высший менеджмент (главбуха, финдира и др.),
● тех, кто в силу своей должности мог отдавать указания руководителям должника,
и самое интересное:
● тех, кто мог получить выгоду из недобросовестного поведения руководства должника (например, одноклассник директора или его теща. Или даже одноклассник тещи директора). И такие случаи нам известны.

Теперь о признаках несостоятельности. Они могут быть объективными и субъективными.

Когда по балансу долгов у вас больше, чем активов, – это объективный признак. Субъективный признак банкротства ― просроченный долг от 300 тыс. руб. Считается, что если выплата просрочена более чем на 3 месяца, то должник не в состоянии расплатиться с кредитором и должен признать себя банкротом.

Часто бывает, что неплатежеспособность настает задолго до начала процесса банкротства компании. То есть КДЛ может оказаться даже тот, кто стоял у руля компании за 5–6 лет до суда.

Если активов компании не хватит для того, чтобы рассчитаться с кредиторами, то взыскать ее долг можно с КДЛ. Это называется «субсидиарной ответственностью».

Конкурсная масса

Это денежное выражение суммы активов, которые удалось найти у должника на финальном этапе банкротства. Чтобы собрать конкурсную массу, управляющий перетряхивает все счета должника и обращается к базам госорганов: ГИБДД, Росреестра и др.

Еще один способ пополнения конкурсной массы ― оспаривание сделок должника. В этом случае бывшее имущество должника взыскивают с последнего держателя либо в денежном эквиваленте, либо в натуре. В последнем случае его предстоит продать.

В конкурсную массу включаются деньги от продажи недвижимости, авто, нематериальных активов (например, патентов), а также дебиторская задолженность, стоимость бабушкиного комода и всей остальной собственности должника за очень редким исключением.

В конкурсную массу нельзя включать:

для физлиц:
● социальные выплаты на содержание других лиц, например алименты,
● прожиточный минимум;

для юрлиц:
● социально значимые объекты, например школу или детский сад,
● объекты культурного наследия.

На финальном этапе банкротства вся сумма, которую удалось собрать, распределяется между кредиторами согласно очередности.


Н


Неплатежеспособность

Неспособность выполнить свои финансовые обязательства. У неплатежеспособности есть объективные и субъективные признаки.


Объективный признак: отрицательная стоимость чистых активов организации (СЧА). Вычитаем из общей суммы активов общую сумму долгов. Если в итоге получается отрицательная сумма, то компания неплатежеспособна.


Субъективный признак: просроченная задолженность более 300 тыс. руб. для юрлица и более 500 тыс. для физлица. Обязательства перед контрагентами не выполнены. С момента, когда должна была произойти оплата, прошло более трех месяцев.


В общем случае кредитор может cсылаться на просроченный долг, чтобы обосновать неплатежеспособность должника. Но практика не всегда на его стороне: долг может покрываться дебиторкой или товарными запасами. Возможно, должник не платит, потому что ждет оплаты от клиента. Бывает, что суд выносит определение в пользу должника: если у вас есть долги, это не значит, что вы неплатежеспособны.


Момент наступления неплатежеспособности в делах о банкротстве является ключевым: если руководство компании, несмотря на признаки неплатежеспособности, не подает на банкротство, то это может стать основанием для привлечения КДЛ к субсидиарке.



О


Обеспечительные меры

Комплекс защитных мер, которые суд применяет против должника, чтобы помешать ему спрятать активы от кредиторов. В делах о субсидиарке речь чаще всего идет об аресте имущества и заморозке счетов.

Все обеспечительные меры носят временный характер. Кроме того, их наложение можно отменить. Если вы хотите узнать больше о применении обеспечительных мер, почитайте этот материал.

Очередь (Реестр требований кредиторов)

Что общего у хипстеров накануне выхода нового айфона и кредиторов в начале банкротства? Правильно: и те и другие выстраиваются в очереди. У кредиторов из первой очереди больше всего шансов на удовлетворение требований. Другими словами, кто первым встал, того и деньги!

Вне очереди выплачиваются все текущие расходы, в том числе гонорар АУ. Все остальные требования включаются в реестр.

У кредиторов юрлиц есть 30 дней, чтобы попасть в реестр требований на этапе наблюдения. На этапе конкурсного производства этот срок составляет 2 месяца. Для кредиторов физлиц срок единый: 2 месяца.

Закон о банкротстве предусматривает три очереди кредиторов.


I В первую очередь выплачиваются компенсации за вред жизни или здоровью.
II Вторая очередь — это долги по зарплате и выходным пособиям.
III Третья — все остальные кредиторы.


Эти очереди состоят не из самих кредиторов, а из их требований. То есть один и тот же кредитор может быть и в первой, и в третьей очереди, если у вас перед ним несколько разных долгов.


П


Преюдиция

Принцип, по которому суды без доказательств и разбирательства принимают те факты, которые уже были установлены в другом судебном процессе. Преюдиция не позволяет ходить вокруг да около, толочь воду в ступе, переливать из пустого в порожнее, ну вы поняли.

Этот принцип не только экономит время судам, но и часто помогает должникам. Вот как это работает: через лояльного управляющего или дружественного кредитора подаете заявление о привлечении вас к субсидиарке. Заявление «пустое»: в нем нет никаких доказательств, или есть, но мало. Суд отказывает в удовлетворении. Проходят 10 дней, отведенных законом на обжалование решения. Все! Можете спать спокойно: по этому основанию вас к субсидиарке больше не привлекут. Кредиторам останется только смириться или придумать новое основание.

Эта схема стала очень популярной, и в последнее время «пустые» заявления суды заворачивают, поэтому осторожнее с преюдицией!


С


Собрание кредиторов

Это место, где происходит борьба между кредиторами за контроль над банкротством. Смотрите: общая сумма требований кредиторов третьей очереди 100 тыс. руб. Из них 60 тыс. компания-ответчик должна кредитору А. Таким образом, А автоматом получает большинство в собрании кредиторов.

Это дает ему негласный контроль над управляющим: кто имеет большинство в собрании кредиторов, тот и выбирает АУ.

Известный способ минимизации потерь от субсидиарной ответственности ― размыть доли кредиторов. Поскольку их требования удовлетворяются пропорционально доле, должник может через удовлетворение требований дружественных кредиторов вывести часть своих средств.


Субсидиарка (Субсидиарная ответственность)

Вид ответственности, который дает возможность взыскать долг не только с должника, но и с любого лица, контролирующего его. Вот как это работает:

Допустим, компанию Икс признали банкротом и начали в отношении нее конкурсное производство. Если активов компании не хватает для того, чтобы расплатиться со всеми кредиторами (а так обычно и бывает), то оставшуюся часть денег можно взыскать с ее руководства.

Многие бизнесмены думают, что субсидиарка — это страшные сказки, и не более того. Если вы тоже так считаете, почитайте вот этот разбор или этот. Только не впадайте в другую крайность: от субсидиарки можно отбиться, и мы знаем, как это сделать. Про наши кейсы вы можете прочитать здесь, здесь и тут.

Вот что должен знать о субсидиарке каждый бизнесмен: долги по субсидиарной ответственности нельзя списать через банкротство физлица. Они могут висеть на вас всю жизнь. Мы в «Игумнов Групп» каждый день видим, как за долги бизнеса люди расплачиваются личными деньгами и вещами. Говорим честно: вы сильно рискуете, делая бизнес.
Исковая давность по субсидиарной ответственности

Опубликовано: Апрель 18, 2019 в 1:13 пп

Категории: Без рубрики

Клиенты часто спрашивают, как именно мы в «Игумнов Групп» выигрываем суды по субсидиарке. Заранее регламентированных ходов в таких делах быть не может, но один из самых действенных и эффективных приемов ― заявить о пропуске срока исковой давности. Рассказываем, как использовать этот метод для защиты своих интересов. Следуйте за световыми индикаторами.

Две большие разницы

Тополиный пух, жара, июль… и новая редакция закона о банкротстве. Таким юристы запомнят лето 2017 года. До 01.07.2017 субсидиарке была посвящена всего лишь одна, 10-я статья закона о банкротстве, а в новой редакции по нашей любимой теме написали целую главу. Основания для привлечения принципиально не изменились, но два значимых момента в новой редакции переписали:

  1. Значительно расширили круг лиц, привлекаемых к субсидиарке. В зоне риска оказались финдиректора, главбухи и юристы, но этим круг потенциальных субсидиарщиков не ограничился. Новый закон позволяет привлечь к ответственности вообще кого угодно при одном условии ― если привлекаемое лицо отдавало указания должнику или приобрело выгоду в результате противозаконной деятельности компании.
  2. Кредиторы получили право привлекать должников к субсидиарке. До июля 2017 года в зависимости от основания на субсидиарку могли подать либо управляющие, либо работники и их представители, либо налоговая. Если речь шла о возмещении убытков, то такое право было и у кредиторов. Теперь любое из этих лиц может привлечь КДЛ к субсидарке по любому из оснований, прописанных в законе.

А еще незадолго до выхода новой редакции закона, в том же 2017 году изменились сроки исковой давности.

Следите за руками: до середины 2017 года заявление о привлечении к субсидиарке можно было подать в течение одного (!) года. Этот срок отсчитывался с момента, когда привлекающий узнал или должен был узнать об основаниях для применения субсидиарной ответственности. Например, в ходе банкротства управляющему не передали бухгалтерские документы. Это готовое основание для субсидиарки. Вот с того момента, как не передали, и пошел отсчет годичного срока.

Оставьте здесь свой e-mail, чтобы получить на почту текст 10-ой статьи в 70-ой редакции.



В то же время закон ограничивал право подать такое заявление тремя годами с начала конкурсного производства. Разумно: иначе иски подавались бы до бесконечности и через четыре года, и через десять ― дескать, вот только что узнали об основаниях.

В новой, 71-ой редакции устанавливается единый срок исковой давности: 3 года с момента, когда лицо узнало/должно было узнать об обстоятельствах для привлечения к субсидиарке.

Оставьте здесь свой e-mail, чтобы получить на почту текст 10-ой статьи в 71-ой редакции.




Итого: право привлекать к субсидиарке получил более широкий круг лиц. При этом шанс залететь на нее получило еще больше народу. А сроки для подачи заявления предупредительно расширили. Как видите, все изменения не в пользу должников. Это и понятно: 2017 год, санкции, нефть дешевеет. И тут у родного государства как по волшебству появляются новые инструменты для пополнения бюджета за счет субсидиарщиков. Совпадение? Не думаю.


Источник: http://www.oilru.com/dynamic.phtml


Который закон ― ваш?


Итак, у нас есть две редакции закона: до июля 2017 была одна, а после ― другая. Казалось бы, все просто. Вот только в делах о субсидиарной ответственности разбирают события, которые произошли несколько лет назад. Признаки неплатежеспособности появляются у компании задолго до начала банкротного процесса, а цепочки сделок, которые оспариваются при банкротстве, вообще уходят вглубь веков.

И вот у вас в 2019 году идет суд по субсидиарке, в котором анализируются события 2013-2017 годов. Какую редакцию закона применять в этом случае? Весь прошлый год суды лихорадило. Практика была разной, но в основном тупо ко всем делам применяли новые нормы.

На практике это означает следующее: должник совершил правонарушение, например, в 2015 году. Банкротить его начали в 2016. Соответственно, по старым нормам привлекать его к субсидиарке имеют право только в течение года (если не погружаться в детали). Но заявление на субсидиарку подают в 2018 году (спустя 2 года после начала банкротства), мотивируя это тем, что по новым правилам срок исковой давности составляет 3 года. И вот, руководитель бизнеса, уволившийся с поста еще в 2015 году, уже расстается со всем своим личным имуществом.

Ну нельзя же так!


Наш взгляд


Мы в «Игумнов Групп» тоже столкнулись с этим вопросом. Поэтому перелопатили десятки судебных дел, поматерились, а выпустив пар, сформулировали собственную позицию по применению сроков исковой давности в делах по субсидиарке. Вот она.

Право делится на материальное и процессуальное. Если говорить упрощенно, то материальное — это то, где расписаны наши права и обязанности. Кто кому за что и сколько должен. А процессуальное регулирует ход судебного процесса.

Так вот, согласно АПК, в арбитражном судопроизводстве применяются современные нормы процессуального права.

Чтобы получить соответствующую статью, оставьте свой e-mail здесь:



То есть, если мы судимся сегодня, то процесс идет в соответствии с теми нормами процессуального права, которые действуют сегодня. Многие пункты в законе о банкротстве подходят под определение процессуальных. Например, тот, где речь идет о наделении правом. И тут мы возвращаемся к новым правам кредиторов привлекать КДЛ к субсидиарке.

Да, кредитор может в 2019 году обратиться в суд с требованием привлечь в субсидиарной ответственности должника по обстоятельствам 2016 года. Таких прецедентов полно. Но удовлетворить заявление можно только в том случае, если срок исковой давности еще не прошел. А срок этот относится к материальному праву.

С материальным правом дела обстоят иначе. Согласно мнению Верховного суда, положения закона о субсидиарной ответственности применяются только к тем действиям / бездействиям, которые имели место после того, как закон вступил в силу. То есть к обстоятельствам прошлого применяется норма материального права, которая действовала на тот момент.

Чтобы получить позицию Верховного суда, оставьте свой e-mail здесь:



В конечном итоге такая позиция опирается на норму Конституции. Статья 54, часть 1: закон, который устанавливает или отягчает ответственность, не имеет обратной силы. А в нашем случае происходит именно это ― для ответчика по субсидиарке новая редакция закона отягчает ответственность.

Итого: если вы в 2018 году разбираете дело о субсидиарке, обстоятельства которого относятся к 2015, берите редакцию закона о банкротстве 2015 года. Срок исковой давности будет годичным.

А это значит, что должник может и должен защищаться, опираясь на старый закон, даже если на момент судебного разбирательства тот уже утратил силу.


Что могут возразить


Логика, которую мы изложили выше, — это наша правовая позиция, а не абсолютная истина. Вот два основных возражения против нее. Эти доводы мы слышали от коллег и находили в практике.

  1. Не все юристы согласны с тем, что сроки исковой давности относятся к материальному праву. Некоторые говорят, что это процессуальное право. А кое-кто вообще считает весь закон о банкротстве нормой процессуального права, потому что он описывает (сюрприз!) процесс банкротства. По этой логике использовать нужно самые свежие нормы, вне зависимости от того, когда происходили события, о которых идет речь в банкротном деле. Некоторые судьи рассуждают именно так.
  2. Другие наши оппоненты не заморачиваются с материальным и процессуальным правом, а делают ставку на момент, с которого отсчитывается срок исковой давности. Они согласны применять годовой срок давности для правонарушений 2013-2016 гг., но настаивают на том, чтобы этот срок начинал отсчитываться с момента окончания всех мероприятий по формированию конкурсной массы ― когда станет понятно, что денег на всех не хватает. Фишка в том, что этого момента можно дожидаться вечно. Сделки оспариваются годами и под этим предлогом можно до бесконечности отодвигать начало отсчета срока исковой давности. Очень удобно.

И у нас, и у оппонентов доводы в данном случае субъективные. То есть суд может интерпретировать их по-разному, в зависимости от убедительности и профессионализма сторон.

Но мы никогда не публикуем теоретические выкладки, не опробованные нами на практике (этим «Игумнов Групп» и отличается от профессоров и докторов юридических наук): только в первом квартале 2019 года мы дважды выиграли суды по защите от субсидиарки, доказав, что к событиям прошлого должны применяться нормы того же (прошлого!) периода.

Две разные апелляционные инстанции согласились с нами и подтвердили в своих выводах, что ст. 10 закона о банкротстве — это норма материального права, а значит, срок исковой давности для правонарушений 2013 ― начала 2017 гг. составляет 1 год, а не три. Эти постановления на текущий момент никем не отменены.

Оставьте свой e-mail здесь, чтобы получить судебные акты с нашим участием:



Пока не поздно


Если кредитор мог узнать об основаниях для привлечения КДЛ к субсидиарке из открытых источников, значит, срок исковой давности уже тикает. Смотрите нашу схему по срокам в разных редакциях закона о банкротстве:


Вместо унылых итогов тут будет лайфхак от «Игумнов Групп»: в любой непонятной ситуации подавайте заявление об истечении срока исковой давности. Это можно сделать на любом этапе судебного разбирательства. Хоть в самую последнюю минуту. И это может стать самостоятельным и безупречным основанием для полного отказа в иске.

Главное в этом деле ― учесть все нюансы. Например, если к субсидиарке привлекают нескольких КДЛ, то заявить о пропуске сроков исковой давности должно каждое из них. Заявление обязательно должно быть грамотно мотивированным ― разницу между материальными и процессуальными нормами не понимают даже многие судьи (не раз видели таких своими глазами). Поэтому вы должны разжевать все до последней запятой. Если вы далеки от юриспруденции, то самый простой вариант выиграть дело по субсидиарке — это заказать грамотное заявление о пропуске срока исковой давности в «Игумнов Групп».

И надо успеть это сделать до того, как первая инстанция огласит определение по итогам рассмотрения дела.

И напоследок: набив руку в защите банкиров от субсидиарной ответственности, мы не можем не отметить, что в делах о банкротстве кредитных организаций применяются другие нормы и другие сроки. Там свои нюансы и много интересного, приходите к нам ― расскажем.

Возможно, ваши кредиторы уже остались с носом, но еще не знают об этом. Суд ― отличное место, чтобы поделиться с ними этой прекрасной новостью.
Субсидиарная ответственность директора по долгам ООО

Опубликовано: Апрель 11, 2019 в 2:01 пп

Категории: Без рубрики

Дело: А48–6182/2017
Размер проблемы: 75,5 млн руб.
Начало проекта: май 2018
Внедрение: 8 месяцев
Сложность: 3/5
Трудозатраты: 130 н/час
Темп: затянутый
Результат: выигран суд
Стоимость: шестизначная, в рублях

Жила-была компания «Агма». И занималась она сельскохозяйственным бизнесом в Орле. Да что-то не шло дело, несмотря на рост курса денег забугорных и санкции соседские.

В августе 2017 года на компанию подали заявление о признании банкротом. Была начата процедура наблюдения, а затем ― конкурсное производство. В связи с отсутствием активов у «Агмы», конкурсный управляющий решил привлечь к субсидиарке бывшего директора компании за неподачу заявления о банкротстве в месячный срок. А гендир пошел в сеть искать себе спасителей.

Трест «Игумнов Групп» впечатлил его своим опытом в спорах по субсидиарной ответственности. А количество успешных кейсов вселило оптимизм. «Этих надо брать, хоть и директор у них лысый», ― принял решение гендир. И как показало время, выбор оказался правильным

Плюсы проекта
Мы первые.
Со стороны клиента мы были первыми и единственными юристами. Не пришлось разбираться с «наследством» предшественников. Всю стратегию можно было выстроить с нуля.

Один заказчик.
При всем желании не запутаешься в интересах клиентов.

Доверие клиента.
Правильный подход: нанимаешь специалистов и доверяешь им. Не даешь указаний по вопросам, в которых не разбираешься. Не мешаешь. Не утаиваешь информацию. В этом деле все было именно так.

Адекватный бюджет.
Хватило на оплату нашей работы, командировок и всего остального. Что и сказалось на результате.

Знакомая тема.
Участвовать в судебных делах по субсидиарке было для нас привычным делом.
Минусы проекта
Далеко.
Необходимо было организовать удаленные работы: найти помощников и отслеживать материалы судебного дела. Важно понимать, что все это ― дополнительные косты.

Презумпция вины.
В нашем законодательстве о субсидиарке не кредитор должен доказать вину должника, а должник вынужден оправдываться.

Сильный противник.
Один из кредиторов представлен Агентством по страхованию вкладов (АСВ) ― профессиональным участником сферы банкротств.


Первый блин

Изначально суд оставил заявление управляющего без движения. И указал длинный список конкретных доказательств, которые должны быть представлены в деле. В последнее время судьи все чаще так поступают. Вообще-то это некрасиво.

По нашим ощущениям, примерно год-полтора назад, когда внесли поправки в закон о банкротстве в части субсидиарной ответственности, судам дали указание сверху заворачивать «пустые» иски. Теперь суд со старта вмешивается в ход процесса и заставляет участников действовать определенным образом. То, что это нарушает принцип состязательности сторон, особо никого не волнует. Что это значит для субсидиарщиков?

Это значит, что прикрыли еще одну схему ухода от ответственности

Раньше можно было подать заведомо проигрышное заявление от лица лояльного АУ, слить суд и навсегда лишить реальных кредиторов возможности привлечь вас к субсидиарке по тому же основанию. Теперь не получится. Скорее всего, суд заставит управляющего искать доказательства (так было вот в этом деле) и обосновывать свою позицию.

Естестественно, что после подобных указаний нашего судьи беззубое заявление оппонентов было доработано и стало выглядеть куда серьезней

Попытка номер два

Мы приступили к работе: ознакомились с делом и наняли в Орле помощника, чтобы предоставлял нам свежую информацию о поступающих в суд документах.

Согласно собранным сведениям, арбитражный управляющий считал гендира виновным в неподаче заявления о банкротстве в месячный срок. Для привлечения к субсидиарной ответственности по этому основанию надо указать всего два аспекта:

1) дату (вплоть до дня), когда компания стала отвечать признакам неплатежеспособности,

2) и объем новых долгов, набранных организацией по истечении месяца, отсчитываемого с этой даты.

Понятно, что первостепенной и самой сложной задачей как раз и является установление точного момента, когда предприятие стало несостоятельным. И здесь основной упор арбитражный управляющий сделал не на объективный признак банкротства ― отрицательную стоимость чистых активов должника, ― а на субъективный ― просроченную задолженность. И, честно говоря, нас это не сильно испугало.

По мнению оппонентов, компания стала неплатежеспособной 16.05.2015. К этому моменту организация должна была расплатиться по имеющимся займам, но не сделала этого. Соответственно, все обязательства, которые «Агма» взяла на себя спустя месяц ― после 16.06.2015, ― входят в сумму субсидиарной ответственности. А в этот период у компании возникло только одно новое обязательство ― долг перед ИФНС, который позднее выкупило ООО «СоюзОрел».

Мы ответили на это развернутым отзывом, смысл которого в двух словах следующий: если у вас есть долги, это не значит, что вы неплатежеспособны. Объективных признаков банкротства управляющий у компании не нашел. А значит, нет и оснований для привлечения к субсидиарной ответственности директора по долгам ООО.


Суд идет в наступление



Все шло к тому, что мы вот-вот выиграем дело. Но суд снова проявил свою «беспристрастность и объективность» и задал управляющему пару наводящих вопросов, а затем отложился, чтобы дать оппонентам время для уточнения своей позиции. Стало ясно, что в этом процессе нужно брать в расчет не только интересы сторон, но и решительный настрой судьи.

Собственно говоря, подобное поведение суда ― одна из причин, почему мы никогда не беремся вести даже 100 % выигрышные дела по субсидиарке с полной оплатой по результату. Как бы ни была надежна ваша позиция, грамотный судья при желании всегда может вывернуть ее в нужную сторону. Причем сделает это так технично, что ни одна квалификационная коллегия носа не подточит и все ваши жалобы на его поведение отлетят как горох от стенки.

В повторно доработанном заявлении управляющий сместил дату наступления неплатежеспособности аж на три года назад, на 21.05.2012. Тут же возник соответчик: наш клиент стал гендиром только в 2014-м, и управляющий сделал логичную попытку заодно привлечь к субсидиарке его предшественницу на этом посту.

Логика АУ такая: при первом директоре у компании возникло обязательство перед ОАО «Орловский социальный банк». К моменту разбирательства этот долг уже перешел под управление АСВ. Расплатиться с банком нужно было не позднее 21.05.2012. Раз компания не смогла этого сделать, то по закону еще первому директору следовало подать на банкротство. Затем, когда в 2014 году директором стал наш клиент, он должен был подать заявление о признании компании банкротом, как только увидел неплатежеспособность организации ― т. е. спустя месяц после своего назначения на должность.

Дело сразу «выросло»: вместо одного директора двое, вместо трех лет ― шесть. Кредиторов тоже стало втрое больше, причем два из них ― государство:
  • ИФНС (ее требование в 2018 году выкупило ООО «СоюзОрел»),
  • АСВ, которое стало преемником ОАО «Орловский социальный банк»
  • и ООО «Терра Нова-Орел»

Общая сумма требований, вменяемых по субсидиарке, выросла с 194 тыс. до 75,5 млн руб.


Шансы тают


Позиция оппонентов уже была грамотной, обоснованной и надежной. При этом было понятно, что суд стоит на стороне кредитора.

К этому моменту железобетонные аргументы у нас закончились. А значит, шанс выиграть дело составлял не более 50 %. Но мы в «Игумнов Групп» не привыкли надеяться на авось. Чтобы склонить чашу весов в свою сторону, нам был нужен новый план.

Мы предложили клиенту два варианта действий:

  1. Доказать, что у директора были продуманы мероприятия по выводу компании из кризисного состояния,
  2. Либо начать переговоры с кредиторами.

Первый вариант выглядел более рискованным. Да, есть мнение Верховного суда, согласно которому можно избежать субсидиарки за неподачу заявления о банкротстве в месячный срок, если у вас был некий экономически обоснованный спасительный план.

Оставьте здесь свой e-mail, чтобы получить Постановление Пленума Верховного суда:

Но это тоже субъективный довод. Не факт, что судья захочет вникать в финансовые выкладки и разбираться с бизнес-показателями ― а именно это ему и предстояло бы сделать. Поэтому данный вариант действий мы оставили про запас и начали работать по более надежной схеме. 

План Б



Первое, что нужно было сделать, ― отбиться от требований АСВ. Задолженность перед ним появилась раньше, чем перед другими кредиторами. Именно это обстоятельство и позволило снять с нашего клиента ответственность по долгу: обязательство возникло до момента наступления неплатежеспособности и не может включаться в объем субсидиарной ответственности.

Далее, мы внимательно изучили двух оставшихся кредиторов и предложили клиенту начать переговоры.
  • С ООО «СоюзОрел», преемником ИФНС, мы договориться не смогли. Объективных оснований, чтобы оспорить требования налоговой, у нас не было. Да и поздно уже было это делать. Поэтому мы посоветовали клиенту полностью погасить долг в ходе процесса. Минус 194 тысячи.
  • ООО «Терра Нова-Орел» ― самый крупный и активный кредитор. Именно эта компания запустила банкротство «Агмы». Долг перед «Терра Нова-Орел» — это 75 % от всей суммы требований, которые предъявили клиенту.

Мы очень старались и в итоге сумели уговорить кредитора на компромисс. Не буду вдаваться в детали, как именно нам это удалось, но клянусь, никакой магии.

По итогу переговоров «Терра Нова-Орел» нашла письмо, полученное от «Агмы» в далеком 2015 году перед заключением договора займа. В этом письме представитель «Агмы» уведомляет будущего кредитора о финансовых трудностях и признаках неплатежеспособности, а значит, кредитор выдал займ на свой страх и риск.

Все это «Терра Нова-Орел» описала в отзыве, который направила в суд. Итого более чем достаточно, чтобы в полном объеме исключить ее требования из субсидиарной ответственности (при условии, конечно, что вы досконально изучили нормы закона о банкротстве и знаете, на что сослаться).

Мы пришли в суд, вооружившись платежкой о погашении долга перед налоговой, письмом и новым отзывом от кредитора «Терра Нова-Орел» и объективным доводом против претензий АСВ.

Еще раз: обязательство перед АСВ возникло до наступления неплатежеспособности и не может включаться в субсидиарную ответственность.

Суду не оставалось ничего другого, как согласиться с нашими аргументами. Мы выиграли дело. Приятным бонусом стало то, что определение на 80 % было переписано с нашей позиции ― профессионалам это о чем-то да скажет…

Оставьте свой e-mail, чтобы получить судебный акт на почту:


В чем смысл?

Есть дела, которые невозможно выиграть, если не пойти на компромисс. Причем компромиссы на блюдечке никто не приносит. Саму возможность для соглашения нужно увидеть, стороны — заинтересовать, переговоры — организовать. И все это должен сделать ваш юрист.

Победа в этом деле доказала, что мы умеем предвидеть, организовывать и убеждать. Ну разве это не чудесно?
Как применяют обеспечительные меры против должников

Опубликовано: Апрель 6, 2019 в 4:44 пп

Категории: Без рубрики

Что делает любой нормальный человек, которого начали привлекать к субсидиарной ответственности? Правильно, спасает свое имущество!

Кредитор может этому помешать только одним способом: добиться принятия обеспечительных мер. Тогда на активы должника наложат арест, а счета заморозят. До сих пор суды редко шли на это, и должники успевали спрятать свое имущество. С 1 января 2019-го ситуация изменилась. Теперь лишиться всего, что было нажито непосильным трудом, можно легко и быстро.

Рассказываем, как этого избежать.


Какие ваши доказательства?


Раньше обеспечительные меры принимались только в том случае, если их отсутствие могло помешать реальному взысканию денег.

Чтобы получить на почту все статьи АПК, касающиеся обеспечительных мер, оставьте свой e-mail здесь:




Для этого кредитор должен был убедить суд в том, что должник собирается «слиться». Сделать это было непросто. Смотрим на свежие цифры: в первом квартале 2018 года арбитражные суды РФ удовлетворили только половину всех заявлений о применении обеспечительных мер. Получается, что шансы 50/50, ненадежно. Но у кредиторов были способы добиться своего.

Как вариант — предложить встречное обеспечение. Например, кредитор хочет взыскать долг в 10 млн руб. и просит суд заморозить эту сумму на счетах должника. А чтобы покрыть убытки, которые должник, возможно, понесет из-за этого, вносит на депозит суда те же 10 млн руб. из своих средств. При таком раскладе шансы кредитора резко возрастают.

А еще мы не понаслышке знаем о случаях, когда ушлые кредиторы от имени должников размещали в сети объявления о продаже имущества, чтобы сымитировать попытку спрятать и добиться применения обеспечительных мер. Особенно хорошо подобная тактика работала в судах общей юрисдикции.

Но теперь у кредиторов пропала потребность в подобных экзерсисах.


Лучший мой подарочек


Прямо под Новый 2019 год Верховный суд сделал кредиторам отличный подарок: вынес определение, касающееся обеспечительных мер в делах о субсидиарке. Теперь для заморозки активов достаточно подтвердить «разумные подозрения» о том, что должник может совершить что-то, что помешает исполнить судебное решение.


Еще раз: хватит и разумных подозрений.


Эти самые подозрения обошлись бывшему врио председателя правления «ИпоТек Банка» Дмитрию Сердюку в 471 млн руб.

Дело было так. Агентство по страхованию вкладов решило привлечь к субсидиарке бывшего руководителя банка и запросило обеспечительные меры: арест его собственности в размере 471 млн руб.  Первые три инстанции ответили отказом, ведь кредитор не доказал, что ответчик собирается скрыть свое имущество или вывести деньги.

А Верховный суд неожиданно выступил на стороне кредитора. Вот основные выводы, которые сделал суд:

  1. Согласно статистике АСВ, взыскать деньги с руководителей банков-банкротов удается крайне редко. А значит, они успевают избавиться от имущества до вынесения определения о привлечении к субсидиарной ответственности.
  2. Принятый судебный акт теряет смысл, а судопроизводство превращается в фикцию судебной защиты, если должник успевает скрыть свои активы. При этом кредитора нельзя считать восстановленным в правах до того момента, пока он не получил просуженные деньги.
  3. Согласно неопровергнутой информации АСВ, Сердюк Д.В. уже проявил свою недобросовестность, противодействуя временной администрации банка. А значит, существует высокая вероятность того, что он попытается спрятать и личное имущество.
  4. В то же время обеспечительные меры являются предварительным средством защиты. Для их применения достаточно подтвердить разумные подозрения того, что должник может пытаться помешать будущему взысканию денег. При этом арест активов будущего субсидиарщика не ущемляет его права, т. к. он может просить суд отменить обеспечительные меры или заменить их на другие.

И, наконец, самое крутое.

  1. Поскольку причины применения обеспечительных мер носят вероятностный характер, то опровержение доводов кредитора в связи с их надуманностью, невероятностью, отсутствием смысла, нелогичностью, нереальностью является обязанностью должника.

Выходит, теперь не кредитор должен доказать необходимость принятия обеспечительных мер, а должник вынужден оправдываться. Было бы хорошо, если бы Верховный суд еще разъяснил, как это сделать, когда обеспечительные меры накладываются в кратчайшие сроки и без вызова сторон.

Чтобы получить на почту определение Верховного суда, оставьте свой e-mail здесь:




Команда быстрого реагирования


Кстати, вы можете и не знать о том, что против вас собираются применить обеспечительные меры. Обычно ходатайство об этом подают в тот же день, что и заявление о привлечении к субсидиарке. Уведомлять о нем должника не нужно.

В течение трех рабочих дней суд рассматривает ходатайство и выносит определение. Накинем неделю-две на то, чтобы кредитор успел получить исполнительный лист и передать его приставам. Подождем еще три дня, пока приставы доберутся до вашего имущества.


Итого: максимум три недели. Через 3 недели после подачи заявления о субсидиарке вы теряете доступ к своим активам.


И что с этим делать?


В теории вы, конечно, можете обжаловать наложение обеспечительных мер. И согласно статистике, в первом квартале 2018 года арбитражные суды удовлетворили аж 72 % подобных заявлений. Но столь обнадеживающая цифра была достигнута до того момента, как Верховный суд пересмотрел концепцию предварительной защиты прав кредиторов.

На практике мы в «Игумнов Групп» видим совсем другую картину: в 2019 году ходатайства о наложении обеспечительных мер в отношении субсидиарщиков удовлетворяются повсеместно. А если какой-то суд отказался это делать, то вышестоящие товарищи жестко вразумляют нерадивого коллегу. Поэтому я больше чем уверен, что по итогам 2019 года количество удовлетворенных заявлений об аресте активов будет стремиться к 100 %.

А значит, у должника не будет шансов снять арест, действуя в правовой плоскости. Вне рамок закона можно, конечно, включить мозг и придумать схему по аналогии со снятием залога. Но мы не рекомендуем вам ничем таким заниматься. Это же наверняка незаконно!

Отсюда очевидный вывод: если вы хотите избежать наложения обеспечительных мер, у вас изначально не должно быть имущества и денег, на которые их можно наложить.

— Гениально, Карл!

Делается это элементарно. Умные люди начинают с разработки комплексного плана. Он должен предусматривать в том числе риски банкротства субсидиарщика как физического лица. И риски оспаривания совершенных им сделок. В противном случае вся суета по переписыванию недвижимости, яхт, пароходов и заводов пойдет прахом.

У топовых юридических компаний подобные планы по защите личных активов стартуют с 20-25 тыс. долл.  Мы же в «Игумнов Групп» не содержим офис в Лондоне и поэтому берем за эту работу так дешево, что аж самим стыдно. Информацию, как с нами связаться, ищите здесь.
Есть вопросы? Ответим
Связаться с нами можно легко и непринужденно — звоните по телефону, пишите во Вконтакте, в Фейсбуке или в Инстаграм или просто оставьте свой номер телефона и мы сами перезвоним.