Как мы отбились от субсидиарки в 30 млн за 4 дня

Как мы отбились от субсидиарки в 30 млн за 4 дня

Кейс о том, как важно знать все-все-все нюансы законодательства
4290
0
Дело: № А40-115653/20
Размер проблемы: 30 млн
Начало проекта: ноябрь 2020
Длительность: 4 дня
Сложность: 3/5
Трудозатраты: 16 н/час
Темп: стремительный
Результат: отбили 30 млн
Стоимость: семизначная, в рублях

С 2010 года Антон был гендиректором фирмы «Русская метизная компания». Компания продавала товары для ремонта: крепежи, гвозди, шурупы и саморезы, проволоку, электроды и т. д. В мае 2015 года Антон уволился, организовал собственный бизнес и совершенно перестал думать о бывшем месте работы.

У метизной компании между тем начались финансовые проблемы, и в январе 2016 года бизнес обанкротился. А спустя почти 5 лет Антон случайно узнал, что его вместе с последним гендиректором фирмы привлекают к субсидиарной ответственности. И взыскать с него собираются целых 30 млн рублей.

Особенно печальной ситуацию делало одно обстоятельство: о том, что его привлекают к субсидиарке, Антон узнал за несколько дней до первого судебного заседания.

В поисках надежного подрядчика Антон обежал несколько юридических компаний и, как он сам признался, пришел к выводу, что каждый юрист говорит что-то свое и совершенно непонятно, как в этой ситуации можно кого-то выбрать. В итоге он решил остановиться на «Игумнов Групп», уповая на наш обширный опыт по участию в подобных судах.

Плюсы

1. Мы были первыми
До нас это дело никто не вел, поэтому исправлять чужие косяки нам не требовалось.

2. Любимая тема
Мы постоянно спасаем людей от субсидиарки. Количество выигранных нами дел измеряется десятками, а средняя сумма каждого спора — 269 млн. О субсидиарке мы знаем без преувеличения все, поэтому в судах нам ничего не страшно.

Минусы

1. Очень мало времени
Времени на подготовку было критически мало. Антон обратился к нам за два(!) дня до судебного заседания.

2. Давность событий
С момента активной деятельности компании, по долгам которой клиента привлекали к субсидиарке, прошло уже более 5 лет. Антон плохо помнил подробности давних событий и сразу сказал, что может упустить многие важные детали.

3. КДЛ
Антон был предпоследним генеральным директором «Русской метизной компании» и поэтому по умолчанию считался контролирующим должника лицом.

Начало

Наше знакомство с Антоном было максимально эффектным.

Он приехал к нам на консультацию и сказал: «Меня тут привлекают к субсидиарке на 30 млн, речь о сделке шестилетней давности, я про нее уже и не помню ничего. Вот заявление о привлечении. Ах да, еще момент. Суд через два дня».

«Оооооокей», — подумали мы, мысленно приготовились ночевать в офисе и сели изучать бумаги.

Расклад казался, мягко говоря, неблагоприятным. Примерно таким неблагоприятным, как когда ты стоишь на балконе с чашечкой кофе, смотришь в безмятежное небо и внезапно замечаешь что-то подозрительно похожее на ядерный гриб.

В общем, после того, как мы сели изучать документы, еще пару часов в офисе царила грустная похоронная атмосфера.

Если у Вас есть вопрос по банкротству, субсидиарке или защите личных активов, подпишитесь на рассылку

Раз в месяц разбираем одно обращение, даем подробную консультацию и высылаем руководство к действию на e-mail. Только для подписчиков.


За что привлекали

В процессе изучения документов мы обратили внимание не только на те обстоятельства, за которые Антона привлекали к субсидиарке, но и на то, кто был заявителем по иску и откуда у него появились требования к компании нашего клиента. Как выяснилось потом, эта, в общем-то, стандартная проверка стала ключевым моментом во всей истории.

Чтобы понять взаимоотношения «Русской метизной компании» и ее контрагента, нам пришлось поднять и изучить дело о банкротстве совершенно другой организации, которая, казалось бы, имела лишь формальное отношение к нашему клиенту. Итак, переместимся в далекий 2014 год.

Антон, будучи директором «Русской метизной компании», подписал договор о поставке пожарных прицепов. Покупателем выступила фирма «Проект-Бюро», которая и выплатила 30 млн рублей. На первый взгляд сделка выглядела совершенно обычной: компания нашего клиента продала реальный товар по рыночной стоимости, получила за него деньги, и стороны разошлись, довольные друг другом.

Проблемы возникли в 2017 году, когда компания «Проект-Бюро» упала в банкротство. Назначенный конкурсный управляющий изучил финансовое положение организации и пришел к следующим выводам:

  1. В 2014 году у «Проекта-Бюро» уже были признаки неплатежеспособности: компания перестала уплачивать налоги, в отношении нее велось несколько арбитражных дел, которые закончились выдачей исполнительных листов, а также организация не могла оплатить имеющуюся задолженность перед одним из поставщиков в размере 650 тысяч евро.


  1. Гендиректор «Русской метизной компании» и гендиректор «Проекта-Бюро» были аффилированными лицами: они совместно занимали руководящие должности в еще одной фирме. Таким образом, поставщик пожарных прицепов не мог не знать о финансовых проблемах своего покупателя.

Фактически конкурсный управляющий «Проекта-Бюро» заявил о согласованном выводе денег из юридического лица, в результате которого компания не смогла рассчитаться с кредиторами. А так как с момента перевода денег продавцу до начала банкротства «Проекта-Бюро» прошло чуть менее трех лет, эти денежные переводы могут быть оспорены по специальным нормам закона о банкротстве. Что и было сделано: суд с позицией конкурсного управляющего согласился и обязал «Русскую метизную компанию» вернуть все 30 млн полученных денег.

Идеальный план конкурсного управляющего портила одна досадная деталь: «Русская метизная компания» к этому моменту сама была в банкротстве. Стоит ли уточнять, что ничего даже отдаленно похожего на 30 млн рублей на ее счетах не было?
Поиск информации

Последующее развитие событий мы помнили со слов клиента: конкурсный управляющий «Проекта-Бюро» заявил свой долг в 30 млн ко включению в реестр требований кредиторов «Русской метизной компании». После включения в реестр он дождался завершения процедуры банкротства компании нашего клиента и, не получив ни копейки, подал заявление о привлечении Антона к субсидиарке.

Но из практики мы знали, что клиенты, не являясь специалистами в юриспруденции, часто путают понятия и не всегда верно трактуют происходящие события, поэтому любая полученная информация требует перепроверки и подтверждения документами. И тут бы нам вернуться к изучению дела о банкротстве «Русской метизной компании», но изучать было нечего — у нас на руках было только заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, которое клиент в последний момент успел получить на почте. Никаких материалов ознакомления, никаких других документов в печатном виде…

Оставались открытые интернет-источники. И мы двинулись на сайт ЕФРСБ («Единый федеральный реестр сведений о банкротстве», федресурс). Задача: найти хоть какие-то сведения о банкротстве «Русской метизной компании». В идеале — увидеть реестр требований кредиторов, чтобы убедиться в том, что наш оппонент в него включился. Но таких сведений на Федресурсе мы не нашли.

Ок, возвращаемся к картотеке арбитражных дел и начинаем изучать вынесенные судом определения как по делу о банкротстве «Русской метизной компании», так и по делу о банкротстве «Проекта-Бюро».

И тут… сравниваем две цифры. Бинго!

Перед нами лежало два судебных акта: первый был вынесен в рамках дела о банкротстве «Проекта-Бюро» об оспаривании сделки по перечислению 30 млн продавцу пожарных прицепов. А второй был вынесен в рамках дела о банкротстве «Русской метизной компании» о завершении процедуры банкротства данной организации.

В обоих документах наше внимание привлекла всего одна строчка текста — информация о том, когда именно суд вынес определение. Из текста следовало, что первый судья 9 сентября 2019 года отменил сделку «Проекта-Бюро» по перечислению денег метизной компании, а второй 8 октября того же 2019 года завершил процедуру банкротства «Русской метизной компании». То есть на включение в реестр требований кредиторов у «Проекта-Бюро» был всего месяц!

Чтобы уложиться в такие сроки, надо постараться. Поэтому есть шанс, что компания «Проект-Бюро» включиться в реестр не успела. Проверяем эту гипотезу, и точно — находим судебные акты о том, что «Проекту-Бюро» отказали во включении в реестр требований кредиторов в связи с завершением процедуры банкротства метизной компании. И далее большой шлейф из документов, согласно которым конкурсный управляющий пытался оспорить и отказ о включении «Проекта-Бюро» в реестр, и судебный акт о завершении процедуры банкротства «Русской метизной компании». Но все безрезультатно: конкурсный управляющий дошел аж до кассации и получил по всем пунктам отказ.
Подводим итоги

Если резюмировать: опытный конкурсный управляющий «Проекта-Бюро» совершил детскую и оттого очень досадную ошибку — он упустил время для подачи заявления о включении в реестр метизной компании. А так как заявления не было, суд счел возможным завершить дело о банкротстве «Русской метизной компании» по ходатайству ее конкурсного управляющего.

С момента завершения банкротства все долги считаются списанными, поэтому требования «Проекта-Бюро» обнулились и, естественно, ни в какой реестр включены быть не могли.

Попытки оспорить определение о завершении банкротной процедуры тоже были обречены на неудачу — эти судебные акты могут оспаривать только участники дела о банкротстве. А «Проект-Бюро» им не является, так как не включен в реестр. Получается замкнутый круг.

Но вернемся к делу о субсидиарке: каким образом вышеуказанные события помогут нам выиграть дело?

Ответ прост: у «Проекта-Бюро» тупо нет права подавать заявление о привлечении Антона к субсидиарке.

И вот почему.

После того, как процедура банкротства компании завершена, только некоторые группы лиц имеют право подать заявление о привлечении ее руководителей или владельцев к субсидиарной ответственности. Конечный список лиц, имеющих такое право, зависит от того, по какому основанию они хотят привлекать к субсидиарке. Но, если не вдаваться в эти детали, перечень будет примерно следующий:

1) Кредиторы по текущим обязательствам.
2) Кредиторы, включенные в реестр требований кредиторов.
3) Кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов.
4) Работники/бывшие работники.
5) Налоговая.

Ни к одной из перечисленных категорий наш оппонент не относился. Очевидно, что опытный конкурсный управляющий не мог этого не знать и подал заявление, руководствуясь великим русским соображением «а вдруг прокатит».

Мы мысленно ответили управляющему: «Не прокатит»,— и сели писать ходатайство о прекращении производства по делу.
Похожий кейс об ошибке конкурсного управляющего, из-за которой у нашего клиента чуть не отняли 42млн.

Суд

На судебное заседание мы принесли ходатайство о прекращении производства по делу. В нем мы на трех страницах объясняли одну простую мысль: «Уважаемый суд, какого черта? Заявление о привлечении субсидиарке вообще не имели право принимать к производству». Высказались мы не совсем так, но смысл был именно таким. Если хотите почитать дословные формулировки, введите свой е-мейл в форму ниже — мы пришлем вам ходатайство.

Чтобы скачать ходатайство о прекращении производства, введите свой е-мейл.

Честно говоря, нам сразу стало понятно: судья на нашей стороне и тоже сомневается, обоснованно ли возбуждено дело. Во время заседания он несколько раз уточнил у нас, почему мы считаем, что производство нужно прекратить. А когда мы приводили доказательства, судья делал паузы и сверял нашу информацию с текстом закона.
О том, как привлечь к субсидиарной ответственности без банкротства, мы писали здесь.

Конкурсный управляющий пытался возражать и говорил, что так как суд признал сделку между «Русской метизной компанией» и «Проектом-Бюро» незаконной и потребовал, чтобы «Русская метизная компания» вернула деньги, он имеет право привлечь Антона к субсидиарке.

Объективно это было классической подменой фактов. Основания для привлечения к субсидиарке установлены законом о банкротстве. Подать заявление можно лишь в том случае, если требование кредитора включено в реестр. Требование «Проекта-Бюро» в реестр включено не было, так о чем тогда речь?
Вердикт суда

После того, как судья начал изучать наше ходатайство, появилась абсолютная уверенность в победе. В какой-то момент мы были так уверены, что даже испугались. А вдруг мы упустили что-то важное? А вдруг конкурсный управляющий припрятал какой-то козырь? В конце концов, а вдруг судья будет в плохом настроении и отклонит наше ходатайство просто на ровном месте?

К счастью, ни один из параноидальных прогнозов не сбылся.

Суд вынес определение: «Прекратить производство по делу о привлечении к субсидиарной ответственности».

Кстати, текст определения был аккуратно скопирован прямо из нашего ходатайства:-) Даже запятые стояли на тех же местах.

В общем, справедливость восторжествовала. Конкурсный будет готовиться лучше и не надеяться на везение, Антон пережил неприятную неделю (если считать с момента, когда он узнал о привлечении к субсидиарке), а мы получили отличный кейс о том, как спасли невиновного человека от долга в 30 млн за 4 дня.

Чтобы скачать определение суда, введите свой е-мейл.
Нюансы

И прежде чем мы перейдем к подведению итогов, обращу ваше внимание на пару интересных нюансов, которые были в этом деле.

Во-первых, даже если бы конкурсный управляющий «Проекта-Бюро» не упустил возможность и своевременно бы подал заявление о включении в реестр кредиторов метизной компании, суд по субсидиарке мы бы все равно выиграли. Почему? Потому что в данном конкретном случае требования «Проекта-Бюро» вообще не подлежали включению в реестр требований.

Вспоминаем: требования «Проекта-Бюро» к метизной компании возникли в результате оспоренной сделки. Суд решил, что «Русская метизная компания» должна вернуть 30 млн рублей, полученных от «Проекта-Бюро» в 2014 году. Одновременно суд обязал фирму «Проект-бюро» вернуть то, что она получила от метизной компании. Это классическая двусторонняя реституция: в результате оспоренной сделки стороны возвращаются в то состояние, в котором они пребывали до сделки. Но у «Проекта-Бюро» уже не было пожарных прицепов, которые нужно было отдать, поэтому суд постановил, что компания «Проект-Бюро» должна вернуть стоимость этого товара в размере 30 млн руб.

Получился замечательный судебный акт: «Русская метизная компания» должна вернуть «Проекту-Бюро» 30 млн рублей и фирма «Проект-Бюро» должна вернуть 30 млн «Русской метизной компании». Звучит как бред, но для банкротных процедур это нормально, потому что взаимозачет требований в банкротстве не допускается. Но это не главное. Главное заключается в том, что если сделка признается совершенной с целью причинения ущерба кредиторам, то у кредитора право на включение в реестр появляется только после того, как он исполнил свою часть обязательств, возникших в результате оспаривания сделки.

В нашем случае это означало, что для того, чтобы включить «Проект-Бюро» в реестр метизной компании, сама фирма «Проект-бюро» сначала должна была вернуть «Русской метизной компании» 30 млн рублей. Этого, конечно, сделано не было. И мы не забыли об этом факте упомянуть, когда доказывали отсутствие у «Проекта-Бюро» права на подачу заявления о привлечении к субсидиарке. И этот довод повлиял на решение суда о прекращении производства по делу.

Во-вторых, помимо Антона к субсидиарной ответственности привлекали еще последнего генерального директора метизной компании — Владимира. В его отношении дело было прекращено. Но причина прекращения была другая — суд установил, что Владимир умер.

На самом деле факт смерти является основанием для прекращения производства по делу, только если не установлено наличие наследников или наследственной массы. Поэтому если бы у «Проекта-Бюро» в принципе было право на привлечение к субсидиарке, конкурсный управляющий мог бы ходатайствовать об отложении судебного заседания, чтобы проверить, есть ли у покойного наследники, и если есть, привлечь к субсидиарке их.

Об этом мы подробно писали в статье «Субсидиарная ответственность детей и наследников».
Выводы

1. Проверяйте почту

Чаще всего люди не узнают заранее о том, что на них подали в суд, из-за того, что не получили извещение по почте. С героем нашей статьи было именно так. Скачайте приложение «Почты России» и отслеживайте письма, которые приходят на ваше имя. Любое письмо из суда — повод напрячься.

2. Проверьте, имеет ли право заявитель привлекать вас к субсидиарке

Первое, что нужно проверить, если вас привлекают к субсидиарке, — а имеет ли заявитель на это право. Посмотреть это можно в статье 61.14 закона о банкротстве.

Если лень изучать закон, прочтите нашу статью, где мы собрали все основания, по которым привлекают к субсидиарке.

3. Найдите хороших юристов

Субсидиарная ответственность — сложная область, в которой много нюансов. Например, это дело мы смогли выиграть так быстро только из-за того, что очень хорошо знаем процессуальные нормы права и специализируемся на узкой теме.

Если вас привлекают к субсидиарной ответственности, найдите узкопрофильных профи, которые занимаются только субсидиаркой, практикуют хотя бы три года и выиграли как минимум 10 дел. Или не ищите, а сразу обращайтесь к нам, мы как раз такие юристы.
Похожий кейс. Отбились от субсидиарки на 890 млн за 2 судебных заседания.


Информация в статье актуальна на дату публикации. 
Чтобы быть в курсе последних трендов по субсидиарке, банкротству и защите личных активов — приезжайте в гости.
Коломейцев Евгений
профи в разрешении споров в судах арбитражной юрисдикции.
Специализация: защита от субсидиарной ответственности в сфере кредитных организаций. Разработка комплексной стратегии и реализация мер, направленных на обеспечение безопасности активов руководителей и бенефициаров бизнеса.
comments powered by HyperComments
Есть вопросы? Ответим
Связаться с нами можно легко и непринужденно — звоните по телефону, пишите Вконтакте, в Фейсбуке или в Инстаграм или просто оставьте свой номер телефона и мы сами перезвоним.
Телефон
Адрес
г.Москва, Варшавское шоссе, д.1, стр.6, бизнес-центр W-Plaza 2
Карта
Подпишитесь на рассылку
Раз в неделю мы разбираем кейсы «как можно остаться без штанов, делая бизнес в России», и пишем обзоры про то, как этого не допустить. Нашим читателям нравится легкий стиль изложения, отсутствие спама и возможность отказаться от рассылки в любой момент. Присоединяйтесь! Нас уже 14 000.
Подписаться на рассылку
Записаться
на консультацию
Оставьте свои контакты и мы перезвоним вам в течение 2 рабочих часов. А если опоздаем, то с нас Glenfiddich Excellence в подарок.
Игумнов Дмитрий
генеральный директор "Игумнов Групп",
эксперт по субсидиарке и защите личных активов,
арбитражный управляющий

Поговорить с нашим главным? Реально!*

Оставьте свой номер и секретарь запишет вас на встречу.

Стоимость первой консультации - 15000 рублей.

Для вашего удобства готовы провести консультацию по WhatsApp, Zoom, Skype и просто по телефону

*Предложение не действует для владельцев авто Nissan Juke.