Как оспаривают договор дарения


Цикл статей о методах и инструментах защиты личных активов

2730
Как оспаривают договор дарения

Цикл статей о методах и инструментах защиты личных активов
Мы продолжаем наш цикл статей о различных способах защиты активов физических лиц. Если пропустили, читайте по ссылкам про:

Договор дарения — этакий динозавр от защиты активов. Скажем, еще лет 10 назад можно было подарить маме квартиру и не париться. Сейчас же — замучаетесь доказывать, что это было в качестве благодарности за счастливое детство, а не вывод активов.

Если у Вас есть вопрос по банкротству, субсидиарке или защите личных активов, подпишитесь на рассылку
Раз в месяц разбираем одно обращение, даем подробную консультацию и высылаем руководство к действию на e-mail. Только для подписчиков.

Но не стоит списывать этот инструмент со счетов, он еще может пригодиться. Главное — знать, как его использовать, когда и в каких ситуациях. Разбираемся ниже.

Когда дарение неуместно

Начинаем сразу «за упокой». Вот что бывает, когда договор дарения делается вкривь, вкось и не к месту:

Брачные игры
Оксана и Игорь были в браке с 2013 года. Но через 4 года любовь перешла в ненависть.

Игорь сделал первый ход: переписал кучу своих автомобилей на отца. На этом благодарность сына не закончилась, и папа был одарен еще несколькими земельными участками, садовыми домиками и квартирами. Надо отметить, что данное имущество было нажито вне брака и его отчуждение не требовало согласия супруги.

Оксана ответила и обратилась в суд с заявлением о разводе и разделе имущества. По решению суда Оксане присудили почти 4,5 млн, а также алименты на себя и ребенка. Если вдруг не помните, в каких случаях супруги могут сдирать друг с друга алименты — освежить воспоминания можно здесь. 

И все бы ничего, да только бывший супруг не торопился гасить образовавшийся долг. На этот случай у Оксаны был припасен другой прием: весной 2018 она обратилась с заявлением о признании Игоря банкротом.

Назначенный по инициативе Оксаны финансовый управляющий вскрыл цепочку сделок с выводом активов на любимого папу. Собственно, отец Игоря времени тоже зря не терял и активно распродавал автомобили другим родственникам.

По итогу все сделки дарения были оспорены как совершенные с целью причинения ущерба кредиторам и со злоупотреблением правом. О том, как так это делается можно почитать в статье «Все об оспаривании сделок должника в процедуре банкротства».

Вот только последствия оспаривания в данном случае получились разные. Так, земля, дачи и квартиры, оформленные на отца, были полностью возвращены в конкурсную массу Игоря. А до дважды перепроданных автомобилей дотянуться не получилось. Поэтому суд просто взыскал с отца их рыночную стоимость в размере 14,5 млн рублей. Теперь у Оксаны есть все возможности, чтобы запустить на банкротство и папу ее экс-супруга. С последующим ковырянием в его личных сделках и активах.

Как вы понимаете, эта банкротная чума теперь может до бесконечности гулять по всем родственникам Игоря. Вот тебе и удачная сделочка дарения вышла!

Детские игры
В декабре 2016 года Евгения подарила своей пятнадцатилетней дочери нежилое помещение площадью 151 кв. м. Через месяц право собственности было зарегистрировано в Росреестре. В общем, все по фен-шую.

А в ноябре 2018 Евгению признали банкротом и пошло-поехало.

Чтобы получить судебные акты по разобранной практике, оставьте свою почту ниже:


Ключевое, что сорвало план — пресловутое «безвозмездное отчуждение имущества в пользу заинтересованного лица в 3-летний предбанкротный период». Только ситуация Евгении еще усугубилась тем, что на момент подписания договора дарения на ней уже висели долги по налогам. Говоря другими словами, Евгения отвечала признакам неплатежеспособности в момент совершения сделки.

Вердикт: сделку оспорить, имущество вернуть в конкурсную массу.

Юридические игры
А вот и дело из практики «Игумнов Групп», в котором мы выступали на стороне истца и сами оспаривали сделку дарения.

Мораль: Если в течение 3 лет после дарения своего имущества вы уйдете в личное банкротство — с вероятность 99% сделка будет оспорена.

Суды исходят из простой логики: безвозмездное выбытие активов Должника в предбанкротный период наносит ущерб кредиторам. При этом на практике не имеет особого значения, были ли у вас кредиторы на момент дарения или появились намного позднее. Но о принципах оспаривания сделок дарения мы ещё поговорим чуть позже.

Цена вопроса

Пример того, как делать НЕ надо, у нас уже есть, поэтому быстренько пройдусь по теории.

Итак, договор дарения — это соглашение, по которому на безвозмездной основе от одного лица вещь, деньги или имущество переходят другому. Договор можно заключать как в устной, так и в письменной форме — зависит от того, кто и что дарит. Собственно, необходимость заверения у нотариуса зависит от этого же.

  1. Письменный договор требуется, если нужно подарить недвижимость или долю в ней.
  2. Этот договор нужно заверить у нотариуса, если собственниками (дарителями) являются несовершеннолетние или недееспособные лица. Также нотариус потребуется, если происходит дарение доли в имуществе, НО не требуется, если все доли дарятся в рамках одной сделки.

Любят же ребята все усложнить.

Мы в «Игумнов Групп» рекомендуем всегда заключать письменный договор, даже если по закону это не требуется — так спокойнее.

Только не будьте наивными схемотехниками: если вы подпишите договор дарения квартиры десятилетней давностью, то у кредиторов даже не будет нужды проводить экспертизу на фальсификацию. Для них (как и для других лиц, не являющихся стороной по данному документу) сделка будет считаться совершенной только в момент ее регистрации в Росреестре — а это вы задним числом по-любому не проведете. Так что срок исковой давности таким бесхитростным способом сдвинуть не получится.

По ценам — все зависит от поставленных задач.

Заверение договора у нотариуса обойдется в 0,5% от суммы договора, но не менее 300 рублей и не более 20 000 рублей. В ситуации с недвижкой отталкиваемся от кадастровой стоимости. Госпошлина за регистрацию сделки в Росреестре составит 2000 рублей.

Типовой договор дарения можно скачать в интернете, при этом нередко бывает, что нотариусы не в восторге от готовых документов: находят, до чего докопаться, и требуют, чтобы они сами составили договор. В таком случае к услугам добавится еще 2-12 тысяч — в зависимости от региона и аппетита нотариуса.

Что касается полноценной защиты активов, то отсекаем плату нотариусу за составление договора и добавляем знак бесконечности к услугам за анализ финансового положения будущего банкрота и возможных рисков по оспариванию его сделок. В зависимости от сложности ситуации, количества имущества, близости «проблем» и агрессивности кредиторов ценник может расти.

Как мы говорим — нет универсальной пилюли, но зато есть типовые ошибки. Изучите хотя бы их прежде, чем совершать дальнейшие телодвижения.

Почему договор дарения оспаривают

Вариантов оспорить договор дарения масса, но чаще всего идут по двум сценариям, в зависимости от даты совершения сделки с имуществом:

Дарение сделано в течение 3 лет до личного банкротства
Если договор дарения был зарегистрирован в Росреестре в течение 3 лет до личного банкротства, то проще всего оспаривать его по банкротным основаниями — статья 61.2 и 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» вам к изучению.

Если читать лень, то, сильно упростив ситуацию, могу резюмировать, что для оспаривания дарения по банкротным основаниям потребуется доказать всего 2 момента:

  1. Сделка совершалась с целью причинения ущерба кредиторам. При этом ущерб подразумевается в силу прямого указания закона, если сделка была совершена безвозмездно.
  2. Контрагент по сделке (одаряемый) знал о вашей цели причинить ущерб. Опять же, в силу закона, знание одаряемого подразумевается, если он является заинтересованным лицом.

Как вы понимаете, под оба условия отлично вписывается сделка дарения с вашими несовершеннолетними детьми, супругами, родителями, братьями и сестрами.

Именно поэтому нет для финансового управляющего легче и проще задачи, чем оспорить сделку дарения родственникам. И исключения, встречающиеся в судебной практике, по моему глубоко субъективному мнению, лишь подтверждают это правило.

Дарение сделано в период от 3 до 10 лет до личного банкротства
В этом случае банкротные нормы применить не удастся, т.к. по ним истек срок исковой давности. Но на помощь придет статья 10 Гражданского кодекса — злоупотребление правом. Эту же норму в любом случае придется применять если дарение совершалось до даты принятия закона о банкротстве физлиц (1 июля 2015 г.), т.к. закон обратной силы не имеет.

С доказыванием злоупотребления все гораздо интереснее. В общем случае, надо установить, что дарение совершалось с целью уклонения от уплаты долга, а не с целью реального исполнения.

Про доказывание фиктивности (мнимости) подобных сделок мы уже писали в статье «Оспаривание мнимой сделки в банкротстве». Пример того, как это происходит на практике, разобрали здесь. Сейчас не будем распыляться и сосредоточимся на другом важном моменте: как определить, что сделка совершается с целью уклонения от уплаты долга?

Общепринято считать, что человек злоупотребляет правом, если отчуждение имущества происходит, когда в отношении него уже возбуждено исполнительное производство, либо подан иск о взыскании суммы долга. То есть достоверно ясно, что товарищ знает о претензиях со стороны кредиторов. Далее мы этот вариант рассматривать не будем, т.к. он очевидный.

Гораздо любопытнее ситуация, если имущество дарилось в тот момент, когда кредиторов даже еще не было на горизонте. По таким делам я уже не раз встречал позицию судов, которые пошли сильно глубже общепринятой практики: при разрешении вопроса, мог ли человек злоупотребять правом, они обращали внимание на то, имел ли человек должную квалификацию, компетенцию и знания, чтобы ПРЕДВИДЕТЬ наступление негативных для него событий.

К примеру, за Артемом числится майбах. Он переписывает его на дочь, когда ни у него, ни у его бизнеса нет никаких просроченных обязательств. А через пару месяцев бизнес перестает выплачивать кредит, банк вводит банкротство в отношении юр. лица, привлекает Артема к субсидиарке и затем начинает банкротить его как физ. лицо. К этому моменту проходит 4 года с момента отчуждения майбаха.

Суд, принимая решение, злоупотребял ли Артем, отчуждая майбах, кладет в основу факты, что Артем занимается бизнесом 20 лет, имеет должное образование, квалификацию, опыт и доступ к корпоративным финансам. А значит, мог предвидеть неплатежеспособность бизнеса и все свои будущие риски как контролирующего лица. И вот майбах возвращается в конкурсную массу и продается с торгов. Это реальный случай, только там вместо майбаха была недвижимость.

Таким образом, в законодательстве нет четких критериев, по которым можно определить, что вот здесь человек злоупотребляет, а здесь — точно нет. И поэтому суды трактуют эту норму как хотят.

Если вы изучите судебную практику по 10 статье ГК РФ, то увидите, что примерно одинаковые обстоятельства одни суды трактуют как злоупотребление, а другие говорят: «Ребята, все норм, все в рамках приличий!». И практика по десятке сейчас строго 50 на 50. Поэтому оспорят ли вашу сделку дарения, совершенную в период от 3 до 10 лет до личного банкротства, скорее зависит от счастливого попадания на нужного судью, чем от безупречности ваших доводов.

Так что если вы всегда вытаскиваете выигрышный лотерейный билетик из пачки, то поводов для волнения нет. Спокойно раздаривайте имущество детям.

Практика, когда договор не оспорили

Мы уже разбирали, с какими сложностями сталкиваются должники при попытке защитить единственное жилье при банкротстве. Разберем пару кейсов «на грани».

Дарение чужой квартиры
В сентябре 2015, будучи в браке, Елена купила квартиру площадью 37 кв. м, которую зарегистрировала на себя. В мае 2016 Елена подарила эту квартиру сыну. Еще через месяц она развелась с Сергеем. А через пару лет экс-супруг был признан банкротом.

Конкурсный, прознав про сделку с квартирой, посчитал, что половина подаренного имущества по праву принадлежит Сергею (как совместно нажитое), а значит, сделку нужно оспорить.

Что сказал суд: все верно, сделка совершена за 3 года до личного банкротства, а значит, попадает в тот самый период подозрительности. Более того, на момент совершения сделки как раз рассматривалось заявление о привлечении Сергея к субсидиарке на 27 лямов.

Кажется, приговор ясен?

А вот и нет. Ребята продумали грамотную стратегию обороны и смогли доказать, что квартира изначально принадлежала сыну и у Сергея (а значит, и его кредиторов) нет права на нее претендовать.

Для этого была выстроена следующая цепочка:
  • В 2013 году совершеннолетний сын на свои деньги покупает дом. Через 2 года он его продает, т.к. вступает в брак и ему необходима квартира.
  • Чтобы избежать возможных разборок в случае расторжения брака, сын просит маму оформить эту квартиру на себя. И передает ей на покупку деньги, вырученные от продажи дома.
  • Елена покупает на себя квартиру 37 кв. м и в мае 2016 года дарит ее сыну, обрубая возможные будущие претензии его супруги.
  • То, что квартира была куплена на деньги от продажи дома с участком, суду подтверждается нотариально удостоверенным заявлением. Правда, от 2019 года, но все же.

Таким образом, доказано, что участия в покупке супруг Сергей не принимал, а значит, кредиторы не вправе ожидать погашения их долгов данным имуществом.

Чтобы получить судебные акты по разобранной практике, оставьте свою почту ниже:


Мы это дело не вели, что там было по правде — не знаем, но если это была тщательно продуманная схема (сомневаемся, но все же), то ребята мощно постарались. Итог вы поняли — управляющий нервно покурил в сторонке.

Дарение своей квартиры
А вот случай из 2018, о котором мы много слышали, но, конечно, никакого отношения к нему не имеем.

Итак, некого Виталия привлекли по 199 статье УК за уклонение от уплаты налогов. А затем взыскали в рамках гражданского иска 40 миллионов убытков, причиненных родному государству. Он подал апелляцию и только в этот момент прибежал к нашим знакомым с вопросом: «Что делать с единственной квартирой?»

Собственно, было два пути: жить с пожизненным арестом на единственном жилье, либо же провернуть сделку, которая поможет это имущество спрятать.

Второй вариант в его ситуации означал, что квартиру нужно быстренько сбыть, полученные деньги уложить под подушкой у троюродной тети по маминой линии и каждый день молиться, чтобы за этими деньгами не пришли. По крайней мере, пока не закончится испол. производство.

При этом, Виталию надо где-то жить, а несовершеннолетним детям быть где-то прописанными. А это все — затраты нервных клеток и расходы на аренду. В общем, выросла ситуация, в которой Виталий был категорически против первого варианта, но и альтернатива не приводила его в восторг.

Спецы понимали, что при таком раскладе придется идти на риск оспаривания сделки и прятать имущество в семейном кругу. Для этого пришлось разобраться в деталях и продумать план действий.

Благосостояние должника. Виталий был обычным наемным ген. директором фирмы, которая попала под заказ конкурентов. В итоге выездной налоговой проверки организации доначислили 40 млн налогов. Собственник сразу сгинул в туман, а в отношении Виталия возбудили уголовное дело. Активов у Виталия кроме единственного жилья не было, реально он ничего украсть не успел, а потому коммерческий интерес для наших госорганов не представлял. Потому и получил условный срок по добровольному признанию вины.

Личность кредитора. Единственным кредитором Виталия была налоговая. А налоговая хоть и может в теории подавать на банкротство физлица, в ситуации Виталия этим заморачиваться не будет. Вероятность 95%. Наши профи это знали наверняка:

во-первых, при ограниченном бюджете ФНС на банкротства налоговая предпочтет потратить его на тех должников, с которых есть что взять. И это точно не Виталий.

во-вторых, к Виталию не было личного интереса: он никого не посадил за вымогательство взяток при проведении ВНП: да он толком даже никого не успел послать на несколько букв… Так что личный мотив был исключен.

Соответственно, с вероятностью 95% кредитор ограничится походом в исполнительное производство. Кстати, вот здесь мы разбирали, как не дать налоговой включиться в реестр кредиторов, если все-таки банкротство начнется.

Исполнительное производство.Общаясь с судебными приставами обычно слышишь от них: «Оспаривать сделки по злоупотреблению? Зачем?? Нет, мы таким точно не занимаемся! Что успели арестовать, то и продаем. С остальным не заморачиваемся».

А когда изучаешь судебную практику по оспариванию сделок этими же судебными приставами, картина обратная: они все чаще ввязываются в подобные процессы. Причем выбирают заведомо выигрышные ситуации: когда имущество отчуждалось должником в период рассмотрения иска или, еще лучше, на стадии испол. производства. Тогда доказать злоупотребление проще пареной репы.

И вот здесь была некая зона риска, т.к. первая инстанция уже вынесла решение в отношении Виталия, да и апелляция была на подходе. После чего будет выдан исполнительный лист.

Но профи на то и профи, чтобы адекватно оценить перспективы. Логика здесь была простая: если сделка будет оспорена и квартира вернется Виталию, то дальше логичным шагом будет пытаться лишить его иммунитета единственного жилья. А иначе зачем ввязываться во всю эту эпопею, если за локоток потом укусить нельзя?

И если с лишением иммунитета в процедуре банкротства практика уже более-менее сложилась, то провернуть это судебному приставу — задача нетривиальная, требующая высокого расхода энергии, мозгов и времени. А этого у судебных приставов не всегда хватает.

Решение. Учитывая ограничения проекта:
  • нежелание клиента расставаться с имуществом навсегда;
  • нежелание оставлять имущество на себе;
  • крайне ограниченное время на совершение любых сделок с имуществом

юристы приняли решение о переводе квартиры на детей должника через сделку дарения. Естественно, эта сделка будет оспорима в течение 10 лет, но риск развития событий в такой плоскости был оценен как минимальный.
Итоги. С тех пор прошло больше полутора лет: испол. производство близится к прекращению в связи с невозможность взыскания, квартира числится за детьми, Виталий не на улице.

Но вам такие схематозы мы делать, конечно, не рекомендуем. Это же наверняка незаконно! Рекомендация «Игумнов Групп» в таких случая только одна: любите кредиторов, как себя, и всегда отдавайте им все, что они просят.

Выводы

1. Договор дарения — самый дешевый и быстрый способ защиты имущества. А поэтому, не всегда эффективный.
2. Оспаривать договор дарения можно в течение 3 лет по основаниям закона о банкротстве и в течение 10 лет по ГК РФ.
3. Цена составления договора дарения зависит от целей, для которых он нужен. Важно понимать, что способ защиты активов выбирается индивидуально в каждой отдельной ситуации. Универсального способа нет.
4. Если у вас есть сомнения, как именно защитить свои активы, вам помогут вот эти ребята.


Информация в статье актуальна на дату публикации. 
Чтобы быть в курсе последних трендов по субсидиарке, банкротству и защите личных активов — приезжайте в гости.
Игумнов Дмитрий
генеральный директор "Игумнов Групп",
эксперт по субсидиарке и защите личных активов,
арбитражный управляющий
Специализация: представление интересов предпринимателя в государственных структурах всех уровней при привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании ущерба, долгов по поручительству и личным займам. Безопасность личных активов.
27.02.2020г.
Вам так же будет интересно:
comments powered by HyperComments
Есть вопросы? Ответим
Связаться с нами можно легко и непринужденно — звоните по телефону, пишите во Вконтакте, в Фейсбуке или в Инстаграм или просто оставьте свой номер телефона и мы сами перезвоним.